С чем ассоциируется Узбекистан даже у тех людей, которые там никогда не были? Прежде всего, всплывает что-то из истории. Города Самарканд, Бухара и Хива, чьи древние ансамбли давно стали визитными карточками страны. Но у каждого города здесь своя особая интонация, свой неповторимый характер, который лучше всего чувствуют те, кто рос среди этих улиц и базаров. Ирина Александровна Неретина уехала из родного Коканда много лет назад, но до сих пор говорит о нем с той теплой интонацией, в которой слышится и гордость, и легкая грусть. Ее рассказ – не стандартный путеводитель, а искренний маршрут по самым дорогим сердцу местам.

Ирина Александровна Неретина родилась в Коканде, одном из старинных городов Ферганской области Узбекистана, и с ранних лет впитывала колорит восточного города, где прошлое будто живет рядом с настоящим. В Ростове она с 1988 года: окончила педагогическое училище № 2, а с 1990 года связала свою жизнь с Аксаем. Здесь вышла замуж, родила двоих детей и нашла свое призвание: уже много лет Ирина Александровна работает учителем начальных классов в школе № 4.

О родном крае она говорит с особой теплотой. «Многие города Узбекистана – это настоящие музеи под открытым небом, это словно машина времени, средневековый Восток», – делится Ирина Александровна. И в этих словах не просто восхищение архитектурой, но и ощущение особой атмосферы, которую не спутать ни с чем.

Особенно ярко, по ее словам, этот колорит проявляется на базарах в Ташкенте, Коканде и других городах. «В Ташкенте – Чорсу, Куйлюк, Госпитальный рынок, в Коканде – Саланг, ну и очень много базаров. Там продают не только товары, но и атмосферу», – рассказывает она. И это действительно так. Узбекский базар – это не просто место торговли, а живой культурный центр, где переплетаются история, ремесло и человеческие отношения. Здесь можно увидеть ряды специй, горы сухофруктов, узорчатые ткани и керамику, услышать оживленный, но доброжелательный торг, почувствовать ароматы свежеиспеченных лепешек и пряностей. Все это создает ту самую «атмосферу», о которой говорит героиня, будто на несколько часов переносишься в другой мир.

Самаркандская бумажная фабрика. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Не менее важной частью этой атмосферы Ирина Александровна считает традиции, которые делают общение между людьми теплее и человечнее.

«Захватывающие традиции – это глубокое уважение к старшим, гостеприимство, уважение к людям, которые просто проходят мимо. Вот даже если произошло случайное знакомство, оно легко может перерасти в приглашение на чаепитие или на ужин за дастарханом. Дастархан – это такой маленький стол», – вспоминает она.

И в этом суть узбекского гостеприимства. Оно не ждет повода и не требует долгих объяснений. Случайный прохожий может стать желанным гостем, а чашка чая – началом доброй беседы. Для Ирины Александровны эти традиции – не просто воспоминания о детстве, а часть внутреннего ощущения дома, которое она бережно хранит, даже живя далеко от родного Коканда.

Кстати, Ирина Александровна с особой теплотой говорит о традициях, связанных с чаем. В узбекском доме это не просто напиток, а целый ритуал, в котором проявляется уважение к гостю. «Особую роль играет чай, это целый ритуал, его заваривает и разливает сам хозяин», – вспоминает она. И здесь прослеживается важная деталь восточного этикета: право разливать чай почти всегда остается за хозяином, а в этом жесте – знак почета и заботы. Чаще всего подают зеленый чай, нередко с лимоном и сахаром-наватом. Эти кристаллы из уваренного сиропа придают напитку особый, чуть карамельный оттенок вкуса. «Очень вкусный чай, зеленый, 95-й, а когда его заваривают с лимоном и с сахаром, который называется «нават», это вообще просто песня», – с улыбкой рассказывает Ирина Александровна.

Беш козон или Пять казанов – место, где варят плов в Ташкенте. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

«Гостеприимство – это ведь одна из главных традиций узбекского народа, – с улыбкой добавляет Ирина Александровна. – Я очень люблю принимать гостей: с радостью накрываю стол, и люди ко мне часто приходят. Эта ценность никуда не исчезла, в Узбекистане и сегодня по-прежнему умеют встречать людей от всей души».

Не менее ярко она отзывается об узбекской кухне. «Узбекская кухня – она очень сытная, ароматная и очень разнообразная», – подчеркивает И.А. Неретина. И, действительно, в ней сочетается множество вкусов и техник. Блюда готовят на открытом огне, в казане, в тандыре, щедро используют специи, зелень и свежие овощи.

Узбекский плов. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Центральное место в этой палитре вкусов занимает плов. «Плов – это не просто блюдо, это настоящий кулинарный код. У каждого региона в Узбекистане свой рецепт, и они немножко отличаются друг от друга», – говорит Ирина Александровна. И это чистая правда: ферганский плов, самаркандский, бухарский. У каждого своя история и свои нюансы: разная нарезка моркови, порядок закладки продуктов, особые сорта риса. Для местных жителей приготовление плова – почти искусство, а умение сделать его вкусным считается особым мастерством.

Ирина Александровна охотно рекомендует попробовать и другие знаковые блюда: «Обязательно рекомендую покушать самсу, лепешки из тандыра, лагман, манты, шурпу, нарын, ну и очень многие другие». Хрустящая самса из тандыра, наваристый лагман с тянутой вручную лапшой, сочные манты, душистая шурпа – все это создает тот самый неповторимый гастрономический портрет Узбекистана. А еще фрукты: дыни, арбузы, персики, виноград, которые славятся своей сочностью и ароматом, и восточные сладости: рахат-лукум, кокандская халва.

Саджарские лепешки, которые пекут на перевале по дороге из Ташкента в Коканд. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Особое место в ее воспоминаниях занимает Навруз, праздник весеннего обновления, который в Узбекистане отмечают с большим размахом. «В праздник Навруз всегда пекут пахлаву, варят сумаляк, а сумаляк – это пророщенная пшеница. Это вообще целое искусство», – делится Ирина Александровна. Приготовление сумаляка – это и правда почти обряд. Его варят целые сутки в большом казане, который ставят над огнем в специально вырытой яме. На дно кладут камушки, чтобы блюдо не пригорало, а женщины по очереди помешивают массу каждую минуту. В этом процессе не только кулинарное мастерство, но и сплоченность. Часто сумаляк готовят всем двором, с песнями и разговорами, и к утру получается густая, сладоватая масса, которую считают не только вкусной, но и полезной.

«На Навруз еще делают такую вкусную штуку – нишальду. Она чем-то схожа с нашим гоголь-моголем, очень вкусная», – добавляет героиня. Эта нежная сладость – еще одна деталь большого праздничного стола, где каждое блюдо несет в себе частичку традиции.

Но для Ирины Александровны узбекская культура – это не только кухня и праздники. «Из Узбекистана я переняла уважение к старшим, помощь людям в любых ситуациях», – говорит она. И именно эти ценности: взаимовыручку, внимание к старшим, готовность поддержать она бережно хранит и передает дальше, сохраняя связь с родной землей.

Ирина Александровна с готовностью советует, что обязательно стоит посетить в Узбекистане. «Что бы я вам посоветовала посмотреть, когда вы приезжаете? Ну, сначала, естественно, посмотреть сам Ташкент, съездить в Самарканд, посмотреть на Регистан, Хиву, хивинские ковры, Бухару – это старейший город, ну и, конечно же, Коканд. Люди жили на этой земле еще две тысячи лет назад. Археологи находят здесь артефакты второго века до нашей эры», – рассказывает она.

Ташкент, нынешняя столица Узбекистана, веками был важным перекрестком Великого шелкового пути. Здесь сходились торговые караваны, развивались ремесла и науки, а сегодня в городе соседствуют старинные махалли и современные кварталы, сохраняя живую связь эпох. В его истории – землетрясение 1966 года (как раз в год рождения нашей героини), после которого город фактически отстроили заново всей страной. И именно это сделало Ташкент символом общности и взаимопомощи. А еще он славится своими базарами и зелеными улицами, где легко по- чувствовать, как древность переплетается с повседневной жизнью.

Регистан в Самарканде. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Самарканд – один из древнейших городов мира. Несколько столетий он был сердцем Трансазиатской торговли и крупным научным центром. Именно здесь при Тимуре и его внуке Улугбеке процветали астрономия и математика. Его визитная карточка – площадь Регистан с величественными медресе, чьи мозаичные узоры считаются эталоном восточной архитектуры. Для Ирины Александровны и многих жителей региона Регистан – не просто памятник, а место, где буквально ощущается дыхание истории.

Хива, словно застывшая в прошлом, долгие столетия была столицей Хорезмского ханства и важным пунктом на караванных маршрутах. Ее внутренний город Ичан-Кала до сих пор хранит крепостные стены, дворцы и мечети, будто перенося гостя в эпоху восточных правителей. Город особенно знаменит хивинскими коврами. Их узоры и техника плетения формировались веками и стали одним из главных символов местного ремесла.

Бухара, которую героиня называет старейшим городом, на протяжении веков была не только торговым, но и духовным центром Средней Азии. Здесь учились богословы, строились медресе и работали крупнейшие библиотеки. Ее исторический центр с минаретом Калян и древними торговыми куполами включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, а узкие переулки и старые кварталы до сих пор хранят дух средневекового Востока. Для многих путешественников Бухара – это город, в котором история ощущается в каждом камне.

Коканд, родной город Ирины Александровны, в XIX веке был столицей Кокандского ханства – влиятельного государства, контролировавшего важные участки торговых путей и славившегося своими ремесленниками. Археологические находки, в том числе артефакты II века до нашей эры, подтверждают, что эти земли были заселены задолго до появления ханства, и на протяжении тысячелетий здесь складывалась особая культура. Сегодня в Коканде сохранились дворцы, мечети и медресе эпохи ханства, а местные мастера продолжают традиции резьбы по дереву и керамики, бережно передавая их из поколения в поколение.

Ирина Александровна словно проводит читателя по самым знаковым местам родного Коканда – и каждое из них хранит целую эпоху. «Ну, что можно еще посоветовать? Естественно, в самом Коканде действительно есть на что посмотреть», – начинает она, и следом называет места, без которых невозможно представить этот город.

Дворец Худояр-хана в Коканде. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Первым делом она выделяет дворец Худояр-хана – Урду: «Это самый узнаваемый символ города, его возвели в 1871 году, сейчас во дворце работает музей истории Коканда». И правда, этот дворец – настоящая летопись Кокандского ханства. Его фасад украшают резные деревянные колонны и яркая майолика, а внутри залы, где когда-то принимали послов и решали судьбы земель. Сегодня музей помогает увидеть, как жил двор, какие ремесла процветали в ханстве, и как складывалась история Ферганской долины.

«Дальше я бы могла посоветовать посмотреть мечеть Джами. Она расположена на площади Чорсу», – советует Ирина Александровна. Площадь Чорсу – историческое сердце города. Здесь издавна пересекались торговые пути и собирались жители, а мечеть Джами с ее просторным айваном и стройными колоннами стала ар-хитектурной доминантой этого места. В ее облике читается связь времен – строгие линии и орнаменты напоминают о традициях зодчества, которые мастера бережно сохраняли столетиями.

Мечеть в Ташкенте. / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Особое место в ее рассказе занимает медресе Нарбута-бия: «Здание одно из крупнейших в городе. Было построено в 1799 году, но до сих пор функционирует как религиозное учебное заведение. Во дворе можно зайти в кельи учеников и в центральный зал, где раньше проходили занятия».

Не менее важны и места памяти – ханские усыпальницы Дохма и Шахон: «Этот комплекс основали в 1825 году при Умархане. Здесь покоятся несколько правителей Коканда и члены их семей», – рассказывает И.А. Неретина. Такие ансамбли – не просто надгробия, а часть городской идентичности. Они напоминают о династиях, строивших город, и о том, как бережно в Узбекистане относятся к истории рода и семьи.

Отдельного внимания заслуживает мавзолей Модерихана: «Это место захоронения женщин ханского рода. У мавзолея есть очень красивая «изюминка» – тот красивый бирюзовый купол из изразцов редких для Коканда желто-зеленых оттенков». Действительно, сочетание оттенков и тонкая работа мастеров делают мавзолей одним из самых живописных памятников города, а сам образ  – тихим напоминанием о роли женщин в истории ханства.

И, конечно, Ирина Александровна не забывает про живую культуру: «А еще раз в два года в Коканде проходит самый крупный фестиваль ремесленников, куда съезжаются мастера со всей страны». На этом фестивале можно увидеть, как рождаются ковры, керамика и резьба по дереву, услышать истории мастеров и почувствовать, что традиции – это не музейная редкость, а живая ткань городской жизни.

«Я очень люблю свой город, приезжайте», – просто и искренне завершает Ирина Александровна свой рассказ. И в этих словах искреннее желание поделиться с читателями тем, что дорого сердцу: улицами, памятниками, ароматами базаров и теплом людей, которые умеют встречать гостей как родных.

 «Три арбузных семечка»: как узбекская сказка на сцене
Аксайской школы № 4 рассказала о добре и жадности

Учитель начальных классов школы № 4 Ирина Александровна Неретина вместе с учениками представила узбекскую сказку «Три арбузных семечка» в рамках масштабного этно-культурного проекта «150 культур Дона».

А.И. Неретина со своими учениками. Сказка «Три арбузных семечка». / ФОТО из архива И.А. Неретиной

Этот проект долгие годы объединял школы, детские сады, учреждения культуры Ростовской области. Его идея была простой и глубокой: показать, что Дон – это не просто география, а живой калейдоскоп традиций, языков и историй, где каждая культура – важная деталь общей картины. В рамках проекта проходили выставки, концерты, творческие встречи, а одним из самых ярких направлений стал театральный этап «Золотые зерна». Здесь школьные коллективы ставили спектакли по народным сказкам, стараясь передать не только сюжет, но и национальный колорит – костюмы, музыку, интонации, даже запахи и жесты.

Именно в этом формате Ирина Александровна со своими ребятами и взялась за «Три арбузных семечка». Для нее эта история была не просто текстом для постановки, а чем-то очень личным,  ведь она родом из Коканда.

Сюжет сказки прост, но в этой простоте – вековая народная философия. Бедняк спасает раненого белого аиста, выхаживает его, не ожидая награды. В благодарность аист приносит ему три арбузных семечка. Из них вырастают огромные арбузы, а внутри вместо мякоти чистое золото. Но, главное, бедняк не становится жадным. Он честно делится богатством с теми, кто был добр к нему, и в этом его настоящая сила. А вот сосед-богач, узнав про чудо, решает добыть семечки любой ценой. Он выслеживает аиста и жестоко обходится с ним. И когда богач разрезает свои арбузы, вместо золота из них вылетают злые шмели и жалят его. Так сказка показывает, что зло и корысть всегда оборачиваются против самого человека.

На сцене Аксайской школы № 4 эта история заиграла новыми красками. Дети в национальных костюмах, яркие ткани, условный дастархан – все это помогало зрителю почувствовать атмосферу узбекского дома. Но сильнее всего действовало другое – интонация, с которой ребята произносили реплики, и та искренность, с которой они проживали каждую сцену. В этом и была главная заслуга Ирины Александровны. Она не просто учила детей играть роли, а помогала им понять, о чем эта сказка – о благодарности, о том, что добро возвращается, а жадность разрушает.

Для проекта «150 культур Дона» такой подход был особенно важен. Ведь его цель – не просто показать «экзотику» разных народов, а дать понять, что ценности, которые хранят эти культуры, универсальны. Уважение к старшим, забота о слабых, умение делиться и отвечать добром на добро – все это звучит по-разному в разных языках, но смысл остается одним. И когда аксайские школьники рассказывали узбекскую историю, они не играли «чужих людей», а говорили о том, что близко каждому: о справедливости, о совести, о том, как важно оставаться человеком.

Сегодня проект «150 культур Дона», к сожалению, завершен, но его наследие живет в таких постановках, в памяти участников, в тех уроках, которые дети вынесли не из учебника, а из живого теплого рассказа.

Мария ЦЫГАНОВА