К 83-й годовщине со дня освобождения Аксая и Аксайского района от немецко-фашистских захватчиков. 14 февраля исполняется 83 года со дня освобождения города Аксая и всего Аксайского района от немецко-фашистских захватчиков. Это событие стало важной частью нашей общей памяти о Великой Отечественной войне, символом мужества и стойкости защитников Отечества.

76-миллиметровая полковая пушка обр. 1927 г. / ФОТО предоставлены ГБУК РО «Аксайский военно- исторический музей»

Для каждого жителя нашего района этот день – особая дата, напоминающая о славных страницах прошлого, героизме наших земляков и Великой Победе над врагом.

Именно здесь, на берегах Дона, шли ожесточенные бои, от исхода которых зависела судьба юга страны. Наши бойцы проявили беспримерное мужество, смело сражаясь за каждую улицу, каждый дом, демонстрируя силу духа и верность Отечеству.

Память о героях живет и передается следующим поколениям. Их имена увековечены на мемориалах, улицах, памятниках, которыми гордится наш район.

Важным событием прошлого года стала публикация книги старшего научного сотрудника ГБУК РО «Аксайский военно-исторический музей» Николая Николаевича Апанасенко «В боях за Аксай». Эта документально-художественная работа погружает читателей в атмосферу военных лет, показывая жизнь и борьбу наших соотечественников.

Используя уникальные архивные материалы Центрального архива Министерства обороны, Центра документации новейшей истории Ростовской области, Государственного архива Ростовской области и фонда Военно-исторического музея, автор детально реконструирует события боев за освобождение Аксайского района, раскрывая подвиги отдельных героев и общие тенденции развития сражения.

Работа Н.Н. Апанасенко дополняет наши знания о героическом пути аксайчан и фронтовиков периода Великой Отечественной войны, подчеркивая значимость местного вклада в общую победу над врагом.

Автор, используя богатый архивный материал, восстанавливает хронику оборонительных и наступательных действий в районе Аксая, приводя свидетельства очевидцев, воспоминания ветеранов и точные исторические справки.

Николай Апанасенко сумел раскрыть историю, показав реальные лица героев той эпохи: среди персонажей книги мы встречаем имена командиров подразделений, врачей, санинструкторов, мирных жителей, чья помощь была жизненно необходима фронту.

Особое значение имеет тот факт, что книга написана именно человеком, глубоко понимающим военную историю. Читатель видит всю трагедийность и масштабность происходящего сквозь призму конкретных судеб людей, делающих выбор между жизнью и смертью ради будущего своего народа.

Книга Н.Н. Апанасенко – не просто документальное описание событий, это проникновение в сердце большой народной трагедии, превращенной в великий триумф победы. Ее чтение становится своеобразным путешествием в прошлое, позволяющим почувствовать себя свидетелем событий давно минувших дней.

Особенную ценность книге придает включение уникальных свидетельств непосредственных участников боев. Например, фрагмент воспоминаний ветерана Великой Отечественной войны Василия Миновича Повесьмы, бывшего артиллериста:

«Мы отступали, когда-то это слово говорили потихоньку. Кто это мы? Это боевой расчет 76 мм полковой пушки, семь человек и три лошади – по штату должно быть четыре, одну потеряли в боях. Отходили с боями от города Дебальцево – Донбасс. Лето – солнце нещадно печет. Мы не пехота – в голой степи видны как на ладони со своими лошадьми и пушкой. Укрыться негде и сзади наседает немецкая пехота. Стреляем шрапнелью, на ходу занимаем оборону, ездовые увозят пушку. Расчет отстреливается, кое-как сдерживает немцев, которые на мотоциклах. И потом бегом догоняем пушку. Пехоты не видно. День в боях, казалось бы, ночью можно отдохнуть, но мы движемся и ночью, стараемся оторваться от немцев. Спим буквально на ходу – друг за друга держимся за полы шинелей – идем. Идет первый ведущий, не спит, и последний не спит. Цепочка разорвалась, кто-то в середине крепко уснул и остановился, замыкающий соединяет цепочку, расталкивает стоящих, и идем спотыкаясь.

С рассветом немцы сзади подгоняют нас стрельбой из автоматов. И так изо дня в день. Питаемся, чем Бог послал – огурцы, незрелая кукуруза и всякая съедобная зелень. Кухни не видим ни своей, ни чужой. Пехота ушла далеко вперед, а мы на лошадях тянемся. А днем жара. Остановок не делаем даже для того, чтобы накормить лошадей. Подходим к Ростову на переправу, наше орудие возвращают назад – занять оборону против танков на проспекте Буденного в сторону Каменоломни – оттуда намечается танковая угроза. Ночью захватили двух немецких автоматчиков, которые пытались перестрелять расчет. Сзади нас стояла батарея, четыре 152 мм орудия на тракторах, командовал ей старший политрук в петлицах «шпала», но мы его называли капитаном. Туда отвели автоматчиков, через некоторое время мы услышали короткие выстрелы, видимо покончили с ними. С рассветом капитан принимает решение идти на переправу, а нашему орудию идти сзади в противотанковой обороне.

Советские 152-миллиметровые гаубицы МЛ-20. / ФОТО предоставлены ГБУК РО «Аксайский военно-исторический музей»

Переправа разбита. По совету жителей идем на станицу Аксай, где еще есть переправа. В середине дня проходим через последнюю баррикаду, и мы снова в голой степи. Солнце в зените палит нещадно. Справа от дороги Дон, слева хорошо видим, параллельно нашей дороге идет немецкая пехота. Спешим оторваться, понукаем лошадей, а они еле тянут ноги, кони уморились. Во второй половине дня к нам пришел посыльный от капитана и по приказанию занимаем противотанковую оборону. У орудия остаются командир орудия сержант Мухин и наводчиком я, остальные по приказу командира батареи лейтенанта уходят как пехота на переправу. 152-миллиметровые орудия располагаются сзади нас на взгорке в саду на расстоянии не больше семидесяти метров. Через овраг видна дорога, по которой должны идти немецкие танки. С сержантом Мухиным изготовили пушку к стрельбе и приготовились к бою. Видим, пылится дорога, мы с командиром орудия в тревожном ожидании боя. Со стороны батареи 152-миллиметровых орудий услышали голос капитана «открыть огонь по танкам», а они идут сплошной колонной, их много. И как было трудно преодолеть страх перед грозной стальной силой и сделать первый выстрел. Он сделан, но страх не прошел. Выстрел, еще выстрел – у орудия я и подносчик снарядов, заряжающий и наводчик. Командир Мухин из окопа кричит мне какие-то команды, но я оглох от выстрелов. И когда от моего снаряда танк остановился, я сразу почувствовал облегчение, и исчезла боязнь. Сзади открыли огонь тяжелые орудия 152-миллиметровой батареи. Их выстрелы и снаряды летят через наши головы. Наше орудие находится под навесом этих выстрелов, и мы с Мухиным сильно ощущаем горячую воздушную волну и гром выстрела.

Мне непонятно, я обезумел в этом аду, но веду огонь по движущимся танкам, вижу, как из их пушек вырываются клубы пламени. Это хорошо видно в предвечерних сумерках. Остановился еще один танк. Другой начал его обгонять, и я его последним снарядом остановил. А 152-миллиметровая батарея огнем своих орудий била по танкам на подходе к Аксаю, а те, что прорывались, задерживало наше орудие.

Но силы неравные. Мое орудие разбито – лежит на боку и ствол в стороне. Лошадь стоит в балке. С Мухиным идем к капитану за приказанием. Он говорит: «Я все видел, идите на переправу». На подходе к арке под железную дорогу, на которой горел железнодорожный состав вагонов, нас обстрелял из пулемета танк. Меня ранило в руку, Мухина в голову. Укрылись за железнодорожной насыпью, перевязались. Мы еще слышим выстрелы тяжелых орудий. С трудом через разбитый мост перебрались на ту сторону Дона. Попали под артналет и здесь я в этой огненной круговерти в ночное время потерял сержанта Мухина. И больше я его не видел и не встречал.

Прошло сорокалетие, но я этот бой вижу и сейчас, а мои годы на исходе, и я не хочу оставить мир, не поведав людям города Аксая, как его защищали красноармейцы в черную годину войны, многие из них остались неизвестными».

Другим ярким примером, отражающим героизм гражданского населения в годы оккупации, являются воспоминания жительницы Аксая Марии Васильевны Поправкиной (Алексеевой). Ее искренняя речь создает портрет доброты и сострадания простого человека в ужасные дни войны:
«В июле 1942 года станица Аксайская подвергалась частым налетам вражеской авиации, от которых страдали как местные жители, так и оборонявшие станицу красноармейцы.

Мария Васильевна Поправкина (Алексеева) (справа). / ФОТО предоставлены ГБУК РО «Аксайский военно-исторический музей»

Вскоре под натиском превосходящих сил противника наши войска оставили Донскую землю. В Аксайскую ворвались оккупанты. Началось время, о котором даже и сейчас нельзя без волнения вспоминать. На оккупированной территории остались многие тяжелораненые, не успевшие эвакуироваться в тыл. Фашистские солдаты разместили их в домах в центре станицы и выставили охрану. Однако никакой помощи пленным не оказывали и не кормили.

В первые дни бойцы пережили много тревожных минут. Но затем аксайцы, кто посмелее, попытались проникнуть к ним, причем приходили не просто так, а приносили с собой пищу и воду. Немцы не хотели заниматься больными и не противились этим посещениям.

Через несколько дней после занятия врагом Аксая ко мне пришла Полина Дмитриевна Куликова и сказала, что раненым красноармейцам, которые размещены на втором этаже здания (раньше здесь был зубопротезный кабинет), приходится худо. Нужна срочная помощь. Мы прошли с ней по улицам, собрали еду, медикаменты, перевязочные материалы – наволочки, простыни, полотенца – и решили навестить бойцов. Часовой нас окликнул, но охранял он какую-то немецкую управу (она располагалась в доме машиносчетной станции) и дом с ранеными. На втором этаже было две комнаты. Одну, где находилось пять человек, мы и стали обслуживать. Здесь лежали Андрей Пащенко, Юрий Берестов, Карим, седовласый еврей Круц (его имя приходилось скрывать от немцев). Пятый, раненый в живот боец вскоре умер.

Еду для них готовила моя мама. Когда в Аксае стало совсем голодно, мы ходили по хуторам Задонья. Объясняли людям, для кого нужна пища и они отрывали от себя последнюю картофелину, свеклу, макуху. Кормили мы не только раненых, но и бабушку Сидоровну, которая жила здесь же и ухаживала за бойцами. Она была очень старая.

Первым на костылях в сторону Ростова ушел дедушка Круц. С тех пор я его больше никогда не видела и судьба Круца мне неизвестна. Немецкое командование разрешало по справкам «о потере трудоспособности» уходить в тыл. Справки эти «выбивала» у них врач Евдокия Рудакова (у нее был список всех раненых под Аксаем красноармейцев).

Андрей Пащенко, когда подлечился, прежде чем уйти, зашел к нам домой. Полина Дмитриевна дала ему бушлат, кто-то из соседей – брюки, шапку, ботинки. Раненую ногу обмотали ватой и старым одеялом моего сынишки. Отец сделал костыли. На дорогу испекли несколько картофелин и эту немудреную провизию положили в самодельную заплечную сумку, которая не мешала при ходьбе. Я провела его до Кобяковой балки.

Письмо от Пащенко получила уже из действующей армии, но потом переписка прекратилась. Проводили мы и Юру Берестова. Он писал позже, что скрывался в здешних краях до прихода Красной Армии. А затем, спустя некоторое время, я услышала, что Юра погиб в боях с фашистами. Карима я тоже помню. Это был совсем еще мальчик.

Во время оккупации аксайцы спасли жизнь многим красноармейцам, проявив при этом лучшие черты русского характера – жертвенность и любовь к ближнему своему».

Эти воспоминания – о силе человеческой солидарности и любви к ближним жителей Аксая в тяжелый период оккупации.

Еще одним мощным аккордом книги становятся строки, посвященные памятному монументу возле поселка Большой Лог.

Именно здесь нашли последнее упокоение герои Второй гвардейской армии, преградившей путь гитлеровскому подкреплению к Сталинграду зимой 1943 года.

Рассказ одного из выживших участников событий, Ивана Петровича Аненкова, возвращает нас в эпоху напряженного противостояния, где победа достигалась дорогой ценой. Эмоционально окрашенные слова ветерана передают дух тяжелой битвы и отчаянную веру солдат в конечную победу:
«Между Большим Логом и Пчеловодной, у самого полотна железной дороги, стоит памятник воинам, погибшим в феврале 1943 года при освобождении Аксайского района от фашистских оккупантов. В братской могиле захоронены солдаты и офицеры второй гвардейской армии, которая не пропустила подкрепление гитлеровцев для прорыва окружения группировки войск под Сталинградом.

И.П. Аненков. / ФОТО предоставлены ГБУК РО «Аксайский военно-исторический музей»

Части этой армии не только выполняли свою боевую задачу, но и освобождали города Новочеркасск, Аксай, Ростов. В летописи Великой Отечественной войны эта операция занимает почетную страницу.

В совхозе «Реконструктор» Аксайского района жил один из участников этого сражения, бывший старшина второй статьи Амурской речной флотилии Иван Петрович Аненков. Вот что он вспоминал о тех днях.

«В начале февраля наш 13-й гвардейский полк 3-й гвардейской дивизии с боями овладел станицей Багаевской и вышел к Ольгинской. Меня вызвал бывший начальник штаба подполковник Виктор Михайлович Дацко и дал боевое задание – провести разведку боем в станице Старочеркасской. Я тогда исполнял обязанности командира взвода автоматчиков.

Когда мы добрались до станицы, там противника уже не было. Немцы заняли оборону вдоль железной дороги Ростов – Воронеж. На холмах у железнодорожного полотна враг сосредоточил крупные силы артиллерии и каждый метр поймы простреливался.

По сообщению связного, посланного мною в Ольгинскую, наш полк вступил в Старочеркасскую и пытался с ходу прорваться в станицу Аксайскую. Но немцы ввели в бой авиацию, и мы вынуждены были приостановить наступление. Наши части залегли в районе Каплички (Каплицы).

Ночью с 8 на 9 февраля 1943 г. гвардейцы получили приказ: любой ценой перерезать железную дорогу и овладеть господствующими высотами между Большим Логом и Пчеловодной. Каждый понимал значение этой операции. Ночью подразделения полка под шквалом артиллерийского и пулеметного огня пошли в наступление по открытой местности.

До рассвета нам удалось выбить врага с укрепленных позиций вдоль железной дороги. Мы овладели высоким берегом поймы. Боевая задача была выполнена.

Этот бой был последним для меня. Атакуя укрепленную точку на железной дороге, недалеко от Большого Лога, я был тяжело ранен в голову и правую руку. Истекая кровью, пролежал на морозе почти десять часов. Подобрал меня местный житель Леонид Фесько и доставил в барак хутора. А потом хуторяне Матвей Степанович Топоров, Екатерина Шаповалова и Шаламов отвезли меня на верблюде в Аксайскую. Тут я был помещен в армейский госпиталь, где мне ампутировали обе ноги и кисти рук.

Спустя много лет я встретил своего бывшего начальника штаба В.М. Дацко. Виктор Михайлович рассказал мне, что в результате стремительной атаки наших подразделений железная дорога была перерезана и 14 февраля 1943 г. освобожден Аксай.

Мой однополчанин очень обрадовался нашей встрече: я был первым из 13-го полка, кого он увидел после тех памятных дней.

Я часто прихожу на братскую могилу однополчан и вспоминаю, какой ценой мы заплатили за освобождение Аксайской земли».

Священная память о событиях тех дней живет в сердцах жителей Аксая и Аксайского района. Книги, памятники, семейные истории бережно сохраняют связь поколений, передавая молодому поколению опыт героизма и жертвы. Нам важно помнить уроки прошлого, хранить уважение к подвигу предков и стремиться к миру, свободному от ненависти и насилия.

Подготовила Ольга Блотницкая, материал предоставлен ГБУК РО «Аксайский военно-исторический музей»