Первое крупное поражение Гитлера: судьба Москвы в 1941-м решалась, в том числе, и у нас на Дону
Новость в рубрике: Ветераны Великой Отечественной войны, ДатыДетство и юность нашего поколения прошли под знаком Великой Победы 1945 года.
Бои за Ростов. / ФОТО из сети Интернет
Я родился в мае – через девять лет после официального завершения боевых действий в Европе. В школу пошел в самом начале космической эры, во втором классе, уже в Аксае, ходил в «продленку»: те ученики, у которых дома не было бабушек или дедушек, оставались после уроков в здании школы. В специальном помещении с нами занимались учителя. Мы готовили домашние задания под их присмотром, а также ходили на экскурсии, особо запомнился поход к археологам на Кобяково городище. Там же, в группе продленного дня, нам рассказывали, что в 80-х годах XX века советские люди будут жить при коммунизме. Шел 1962 год, ждать оставалось не так уж и долго.
Но, мечтая о будущем, мы не забывали о совсем недавнем прошлом, например, все аксайчане знали, кто такой Николай Гулаев. Одна девочка из нашего класса, по секрету всем сообщила, что, после смерти прославленного летчика, наш Аксай переименуют в Гулаевск. Несмотря на восхищение его подвигом, признательность и уважение к дважды герою, многим эта идея не нравилась, в том числе, и мне. Подозреваю, что и Николай Дмитриевич не одобрил бы присвоения своего имени родному городу.
Став старше, где-то в 9 – 10 классе, мы с другом из параллельного класса Сашей Мордасовым гадали, когда присвоят звание города-героя нашему Ростову-на-Дону? В том, что присвоят, мы не сомневались, потому что Ростов, освобожденный от немцев 29 ноября 1941 года – это первое крупное поражение Гитлера в ходе Второй мировой войны, своеобразный пролог победного мая 1945 года. Мы с Сашей с седьмого класса были экскурсоводами в школьном музее (в здании Лицея № 1) – эту тему знали достаточно хорошо. Особенно, Саша, – он выписывал военно-исторический журнал, по сути, специальное научное издание, полки его домашней библиотеки были заставлены мемуарами полководцев Гражданской и Великой Отечественной войн. По инициативе Саши, мы даже почтовые марки собирали не позднее 1945 года выпуска. На почве коллекционирования мы и познакомились с Владимиром Дмитриевичем Гладченко, впрочем, об этом я уже писал. В школьном музее была экспозиция о боях за Аксай в ноябре 1941 года: оборона станицы и ее освобождение. Также изучали оборону Аксая в 1942 году, оборону Аксайской переправы от налетов вражеской авиации – после уничтожения немцами ростовских мостов, через Аксай проходила временная железная дорога через Дон, а дальше по Ольгинской дамбе эшелоны шли на Батайск. По сути, Аксайская переправа имела стратегическое значение для всего Юга СССР, здесь на переправе, как и на многих других участках боев на территории огромной страны, решалась дальнейшая судьба мира. В каждом конкретном эпизоде решался окончательный итог войны. И бойцы, защищающие этот конкретный кусочек родной земли, верили в будущую победу над фашистским зверем. Один из участников обороны Аксая 1941 года командир 1 117-го Анапского стрелкового полка Ф.Г. Рыбкин в 1975 году стал Почетным гражданином города Аксая, сейчас его «звезду», как и «звезды» других участников боев за Аксай, можно увидеть на Алее славы бульвара Карла Либкнехта. Там же есть и «звезда» В.Д. Гладченко.
Сейчас хочу поговорить о первом освобождении Ростова и нашего родного Аксая, естественно, глубокой осенью 41-го. На сухом языке штабистов это называется Ростовская наступательная операция 17 ноября – 2 декабря 1941 года. Немецкая группа армий «Юг» генерал-фельдмаршала Рундштедта рвалась к Ростову, чтобы в дальнейшем выйти к нефтепромыслам Майкопа и Грозного, ей противостояли войска Юго-Западного направления РККА под командованием маршала Тимошенко. Фашистам удалось войти в Ростов, но оторвавшаяся от пехотных дивизий танковая армия генерал-полковника фон Клейста подставила под удар свои фланги и тылы. По общей численности войск ситуация создалась примерно равная, по танкам у немцев было двойное превосходство (250 против 120), по артиллерии небольшое преимущество было у наших.
После трех суток ожесточенных боев, ранним утром 21 ноября немецкие части вошли в Ростов-на-Дону, но отдельные очаги сопротивления вспыхивали в разных частях города, и это выматывало противника, как и постоянные артобстрелы с левого берега Дона. Город был многолюдным, мирные жители не были эвакуированы, поэтому немцам постоянно мерещились партизаны, от страха враг устраивал расстрелы заложников и неспровоцированные зверства над мирными жителями. Фото ростовского мальчика Вити Черевичкина, убитого за то, что не хотел отдать оккупантам своих голубей, появилось во всех газетах СССР.
Фашисты взяли Ростов, но Фон Клейст осознал, что развивать наступление ему нечем. Можно только попробовать перезимовать в городе, но уже к исходу первого дня он был вынужден отправить часть подразделений из Ростова на север, на организацию обороны на правом берегу реки Тузлов.
Танки Клейста в Ростове. / ФОТО из сети Интернет
Так до конца и не утихшие бои за оборону Ростова уже 27 ноября переросли в бои за освобождение «ворот Кавказа», как Гитлер окрестил в своих речах донскую столицу. А 29 ноября фон Клейст покинул оказавшийся таким не гостеприимным для него Ростов. Но наши войска тоже не смогли полностью выполнить намеченную задачу – разгром группы фон Клейста и взятие Таганрога. Считается, что маршал Тимошенко, изменив первоначальный план: сначала окружение, а потом уничтожение – измотал и обескровил вверенную ему группировку во второстепенных боях. Вновь образовавшийся рубеж по реке Миус Красная Армия смогла одолеть только летом 1943 года, Таганрог был под оккупацией дольше всех городов Ростовской области.
Ростовская наступательная операция развеяла миф о непобедимости армии Гитлера, его двухлетнее победоносное продвижение здесь, на Дону, дало сбой, и, главное, после пяти месяцев отступления Красная Армия впервые отбросила врага на 60 – 70 км, окончательно похоронив планы Гитлера на блицкриг – быструю войну. Да, не все сложилось так, как было задумано, не хватило резервов и слаженности во взаимодействии танковых и артиллерийских частей, но это был первый масштабный успех. За время боев под Ростовом враг не смог ни одного батальона перебросить под Москву. Может, в том числе, и благодаря этому 5 декабря началось контрнаступление наших войск под Москвой, в результате которого враг был отброшен на 150 – 300 км. Масштабы и значение этих событий, конечно, несопоставимы, поэтому так получилось, что битва за Москву затмила победу в Ростовской наступательной операции.
А тогда уязвленное самолюбие Адольфа Гитлера не давало ему спать спокойно. Всем известно его недоверие к профессиональным военным, поэтому в декабре 1941 года он решил лететь в Таганрог и лично узнать подробности и причины поражения под Ростовом у Йозефа Дитриха, который в 20-е годы, когда только зарождалось нацистское движение, был у фюрера личным водителем и охранником. А в 1941 году он командовал моторизованным подразделением «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер». Самолет фюрера из-за погодных условий приземлился в Мариуполе, куда прибыл «партайгеноссе Зепп», как Гитлер называл своего бывшего водителя. В публикации 29 выпуска «Донского временника» за авторством В.В. Назаренко «Тайный визит фюрера» приводятся подробности совещания в Мариуполе, есть ссылки на источники о ночлеге фюрера в этом городе. А визит Гитлера в Таганрог, якобы был осуществлен тайно, о нем знал только узкий круг лиц. Но возникает вопрос: какой был резон Гитлеру ехать в Таганрог, если цель его визита – Зепп Дитрих, сам приехал в Мариуполь? Впрочем, оставим это историкам. Факт того, что Дитрих объяснил причину сдачи Ростова и убедил, что это был единственный выход, чтобы избежать окружения и разгрома группировки, подтвержден.
На судьбу отстраненного Рундштедта это мало повлияло, больше он не получал высоких назначений на Восточном фронте, фон Клейст, хоть и получил фельдмаршальский жезл, но окончил жизнь плохо – попал в плен и умер в тюрьме города Владимира в 1954 году. Ростов тогда не стал городом-героем – видимо, повлиял сталинский упрек в 1942 году, высказанный по поводу обороны города Ростова в так называемой директиве 227. Но это отдельная история.
Юрий ТРУЩЕЛЕВ
Подпишитесь на рассылку новостей
Поделитесь новостью в социальных сетях
